Сообщение в сети раскрыло главную проблему России: Почему простой мужик отказался подвезти "прифронтового" губернатора?

Вячеслав Гладков на этой неделе поведал историю, которая в иных обстоятельствах могла бы сойти за анекдот. Возвращаясь из командировки, белгородский губернатор опоздал на работу. Поезд сломался в 30 километрах от областного центра, пришлось выйти в темноту и прошагать несколько сотен метров до переезда, куда должна была подъехать служебная машина. По пути попался местный житель на автомобиле, к которому Гладков обратился с просьбой подбросить. И получил отказ.

Сам губернатор рассказал об этом с иронией:

Понимаю, что своих проблем много, тут ещё по утрам губернаторы ходят в темноте, непонятно зачем.

И даже дал поручение главе Яковлевского округа (это посёлок городского типа, возле которого и сломался поезд) съездить к тому мужчине и разобраться, "в чём обида". Потому что, как предположил Гладков, "внутренние обиды у него есть к власти – региональной или местной".

Местный житель оказался подвезти главу Белгородчины, о чём тот рассказал в социальных сетях. Скриншот: официальная страница Вячеслава Гладкова в Telegram

Жизнь под обстрелами

Хроники прифронтового региона всегда выглядят пугающе, но для жителей Белгородчины за годы боевых действий стали привычными новостями. В ночь с 26 на 27 февраля около полуночи в областном центре прогремели десятками взрывов. Украинские формирования нанесли массированный ракетный удар – по официальным данным, 12 боеприпасов, по неофициальным – отработали американские HIMARS. Цель – энергетика. Итог – почти 60 тысяч человек остались без света. Вслед за электричеством из кранов ушла вода, из батарей – тепло.

Помимо Белгорода за минувшие сутки ВСУ атаковали 38 населённых пунктов региона. В небе над областью наши ПВО и РЭБ насчитали 153 украинских беспилотника. Трое мирных жителей ранены. Сгорели два автомобиля, повреждены линии электропередачи, предприятия, коммерческие объекты. А утром Гладков уже проводил оперштаб, оценивая масштаб случившегося. Восстанавливать будут долго, хотя и делается всё возможное. Это будни, страшные, но привычные как властям предержащим, так и жителям.

Но атаки ВСУ – дело, увы, ставшее привычным к началу пятого год СВО. В первый раз массированной атаке с воздуха Белгород подвергся в предновогодний день 30 декабря 2023-го (тогда погибли 25 человек). И с тех пор налёты стали регулярными.

Куда больше негодования вызывают обычные, "мирные" проблемы. В самом Яковлевском округе недавно произошла громкая история, которая вызвала большой резонанс. В конце января в пос. Томаровка местные жители пожаловались губернатору на жестокий отлов бездомных собак. Сотрудники службы отлова, чтобы выкурить собаку со щенками из трубы, развели костёр. В результате животные погибли, выжил только один щенок. Глава округа Олег Медведев признал ситуацию "недопустимой" и пообещал провести проверку. Пока о результатах проверки ничего не известно.

Жители Яковлево негодуют по поводу службы отлова, погубившей собак. Скриншот: официальный сайт ТК "Белогорье"

Что ещё волнует жителей округа? Да то же самое, что и всех остальных жителей всех остальных городов, посёлков и деревень русских. Нечищенные от льда улицы – зимой это традиционная боль. Плохое состояние дорог. Отсутствие машин для вывоза мусора. Всё как везде и, как и везде, решается, мягко скажем, с не вполне достаточной эффективностью.

Обида как маркер

Удивительно не то, что губернатора могли не узнать в темноте. Удивительно другое: сам факт, что глава региона может оказаться в такой ситуации – ловить попутку, мёрзнуть на переезде и объяснять, кто он такой. Для обычного человека это обыденная история. С кем не бывает? Для губернатора – скорее нонсенс, достойный поста в Telegram.

Но если вдуматься, отказ местного жителя – это даже не про узнаваемость высшего должностного лица региона. Притом что белгородский губернатор, прямо скажем, выгодно отличается от значительного числа других: он руководит приграничным субъектом, регулярно выезжает на места ЧП, не прячется, готов к диалогу с людьми (на другой же день съездил в Грайворонский район, где его, по собственному признанию губернатора, ругала местная жительница, возмущаясь, как можно жить в таких условиях в принципе).

Скриншот поста из ТГ-канала Вячеслава Гладкова

Отказ жителя пос. Яковлево – про то самое чувство, которое Гладков точно определил как "внутреннюю обиду к власти". Обиду, которая копилась годами, а может, и десятилетиями. И выплеснулась в тёмное утро на безлюдной дороге.

Политолог Владимир Киреев полагает, что неудовольствие граждан действиями властей – совершенно нормальное состояние, которое свидетельствует о том, что общество здорово и в нём имеется реальный плюрализм мнений. Люди-то и не обязаны любить власть.

Эта ситуация могла произойти с любым главой региона. Что же касается Белгородской области, то обстановка там сложная. И то, что люди выражают неудовольствие руководству региона, наверное, свидетельство того, что работать надо лучше. Ни у власти регионального уровня, ни у руководителей каких-то ведомств нет панацеи от совершения ошибок, нет какого-то волшебного рецепта для того, чтобы разом удовлетворить все потребности граждан. Тем более в сегодняшних условиях. Естественно, люди устали от этого напряжения,

– говорит эксперт.

Чиновник и гражданин: два полюса жизни

Здесь мы подходим к проблеме более широкой. Власть в России, нужно это признать, всё больше отдаляется от народа. Социологи фиксируют парадоксальную картину: при формально высоких рейтингах доверия к институтам личная узнаваемость глав регионов остаётся крайне низкой.

Исследования показывают: устойчивость политической системы сегодня держится всего на нескольких факторах – этнотерриториальном, оборонном (доверии к армии) и практически сакральном доверии к президенту. Всё остальное – зыбко.

Глав регионов в лицо знают плохо. Даже в областных центрах узнаваемость губернаторов колеблется в районе 44–57 процентов, а в районах и подавно. И дело не в недостатке пиара. Дело в другом: губернатор сегодня воспринимается не как политик, а как назначенный менеджер, "завхоз". А завхоза знать в лицо необязательно – важно, чтобы трубы не текли и дороги чистили.

Русский писатель, лауреат всероссийских и международных литературных премий Сергей Доровских отмечает, что тенденция, когда местные новости о работе глав собирают по нескольку тысяч просмотров на миллионные области, началась не сегодня. Снижение интереса к работе руководителей – история про утрату доверия и про то, как изменился тип губернатора.

Полагаю, можно смело вести речь об исчезновении губернаторов как политиков. В девяностые и в начале нулевых у нас были фигуры федерального масштаба: свердловский Россель, саратовский Аяцков и другие. Они звучали, они спорили, у них была позиция. Их узнавали в лицо. Сейчас губернаторы лишены политической субъектности. Их выдвигает президент, народ за них голосует, но предложи Владимир Путин любого другого – проголосуют так же, так как доверяют главе государства. Прошедшим через процедуру выборов главам регионов не хватает политической харизмы. Они пытаются быть хозяйственниками. С одной стороны, это правильно. Но тогда не стоить удивляться низкой узнаваемости,

- считает он.

Что с того?

Четверть населения России живёт в сельской местности. И для этих людей состояние дороги до их домов – вопрос куда более насущный, чем макроэкономические показатели или стратегии развития. Известен случай, когда на сельском сходе кандидат в губернаторы услышал от деревенского жителя:

За больницу и школу спасибо царю Николаю Второму. За клуб и лесопилку – Сталину. А вы-то кто и зачем мне за вас голосовать?

Жёстко и, может, несправедливо, но честно. Потому что дорогу в ту деревню последний раз ремонтировали, когда ещё живыми были те, чьими именами сейчас называют улицы.

Да, сегодня дороги ремонтируют – по нацпроектам, за миллиарды. Но до многих отдалённых посёлков руки доходят в последнюю очередь. А уж как эти дороги чистят, особенно нынешней снежной зимой, – отдельная печальная история, также не прибавляющая плюсов в копилку чиновников.

И вот мы возвращаемся к тому самому мужчине, который не подвёз губернатора. Гладков хочет узнать, в чём его обида. А обида может быть простой: гражданин не верит, что власть решит его проблемы. Для него губернатор – не живой человек, который может мёрзнуть на переезде в темноте, а картинка из телевизора. Функция. И когда эта функция вдруг материализуется на дороге и просит о помощи, возникает когнитивный диссонанс. "Не может быть, чтобы губернатор ловил попутку, – значит, это кто-то другой". Или просто усталость: "Сколько вас тут ходит-бродит, всех не подвезёшь".

Есть в Сети, впрочем и другие версии, совсем не связанные с обидами на чиновников: может, мужик с женой поссорился или корова у него телиться начала, а тут, понимаешь, вези кого-то – сам пройти 600 метров не может, что ли?

Кстати, Царьград дозвонился до главы Яковлевского городского округа Олега Медведева и поинтересовался, выполнил ли он поручение своего начальника, выяснили ли, в чём "обида на власть" у человека, который отказал губернатору в несложной услуге, или нет? Так вот, Олег Александрович, который чиновником трудится уже более десяти лет (был даже вице-мэром Белгорода по строительству, Яковлево возглавляет четыре года), отказался что-либо говорить. Не положено, мол, все вопросы в облцентр.

А мы вот задумались: может, поэтому-то и обижаются люди, то каждое движение, даже самое простое, нужно согласовывать наверху, вместо того чтобы решить проблему самостоятельно? Может, оттого и верят Верховному, что ему приходится зачастую лично брать на ручное управление вопросы, которые явно не соответствуют статусу и уровню компетенций президента?