Сначала эксперимент
Апробация системы идёт с начала нынешнего учебного года. Каждая школа выбрала один из трёх предложенных вариантов оценивания: зачёт-незачёт, пятибалльная шкала (отлично, хорошо, удовлетворительно, неудовлетворительно, совсем неудовлетворительно) и трёхбалльная (неудовлетворительное, удовлетворительное и образцовое поведение). По итогам эксперимента определят единую для всех школ модель. Так, Кикеринская СОШ в Ленинградской области и две школы из Ярославской области — Брейтовская и Гореловская — тестируют пятибалльную систему, сообщает «Российская газета», Центр образования №16 в Туле — трёхбалльную. Педколлективы с энтузиазмом включились в работу, предварительно заручившись поддержкой родителей: больше всего опасений, признавались директора школ и учителя, было связано с тем, что мамы и папы негативно воспримут оценки за поведение — не станет ли это дополнительным стрессом для детей? Однако на общешкольных собраниях родители высказались за. И учеников классные руководители успокоили, заверив, что нововведение не повлияет на оценки за успеваемость.
Ключевые критерии оценки определило Минпросвещения, среди них — соблюдение дисциплины, социальное взаимодействие, личностные качества, учебная активность. В Кикеринской школе с периодичностью раз в неделю оценки выставляют в бумажные дневники, а первоклашки завели самодельные «дневнички поведения», которые сами и заполняют. Директор учебного заведения Александр Зайцев в беседе с корреспондентом «РГ» отметил, что во второй четверти отметки за поведение улучшились по сравнению с первой: «Всё?таки для ребёнка важны поощрение, стимул, и по каждой позиции есть возможность что?то исправить, подрасти».
За «неуд» — отчисление?
Педагоги упомянутых школ в целом положительно отнеслись к новой (или хорошо забытой старой) системе, да и результатами все стороны эксперимента пока довольны: за первое полугодие, например, «неуд» не получил никто. Однако так называемые трудные дети, регулярно нарушающие дисциплину в образовательных учреждениях, были и будут всегда. Мы помним видеоролики, иногда появляющиеся в публичном пространстве, где школьник или группа ребят явно издевается над учителем во время урока или занимается рукоприкладством. Повлияют ли на таких подростков самые жирные «неуды»? Глава Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека Валерий Фадеев по итогам заседания рабочей группы СПЧ по образованию, состоявшегося в конце января 2026-го, предложил разработать механизм, позволяющий за систематические «неуды» отчислять хулиганов из школ — в первую очередь, чтобы защитить учителей.
— Каждое нападение на педагогов должно быть жёстко наказано, например, отчислением из школы, — заявил журналистам Фадеев, слова которого цитирует ТАСС. — Вокруг этого сегодня ведётся дискуссия. Позиция Совета: отчисление должно быть в самых крайних случаях, когда ученик творит вопиющие безобразия — нападает на учителя, оскорбляет его, постоянно срывает уроки. Речь не должна идти о том, чтобы выгонять подростков за мелкие провинности.
Руководитель управления образования администрации Белгорода Алексей Ковалёв солидарен с коллегами из экспериментальных школ в том, что система оценок за поведение, скорее, нужна: она станет хорошим стимулом для обучающихся вести себя более дисциплинированно, а для педагогов послужит дополнительным инструментом воздействия на детей. Правда, мнение главы СПЧ считает спорным: даже самый отъявленный нарушитель порядка, по словам Алексея Юрьевича, имеет право и должен получить среднее образование. Отчислив его из школы и переведя в иную, мы избавим от головной боли одно образовательное учреждение или конкретный класс, но спровоцируем её появление в другом, то есть проблема в обществе останется, резюмирует руководитель управления.
— Отчисление — однозначно не выход из ситуации, — категорично заявляет Алексей Ковалёв. — В Белгороде подобную практику, когда школа пытается отчислить ребёнка и таким образом решить свои вопросы, мы пресекаем. При этом оказываем всяческую поддержку, привлекаем психологов, социальных педагогов, подключаем другие субъекты профилактики, включая подразделение по делам несовершеннолетних, чтобы помочь ребёнку и сохранить за ним место в школе. Мы можем объявить недисциплинированному ученику выговор, поставить на внутришкольный учёт, разработать индивидуальный план профилактической работы с ним, пригласить на заседание совета профилактики нарушителя и его родителей… Но отчисление — не панацея.
За редчайшим исключением, если речь идёт о правонарушениях, регламентируемых в том числе Уголовным кодексом, подросток переводится в специализированное учреждение для несовершеннолетних, говорит Алексей Юрьевич. За последние 20 лет в Белгороде, по его словам, было один-два таких эпизода. В нашем городе стараются работать с трудными детьми, не отчисляя их из учебных заведений, и оценки за поведение, на взгляд руководителя городского управления, станут полезным инструментом в этом плане.
— Они же будут выставляться регулярно, системно, а не в качестве разовых устных замечаний, — продолжает Алексей Ковалёв. — Дождёмся окончания эксперимента в регионах, получим итоговые рекомендации Минпросвещения, тогда и узнаем критерии оценивания, поймём, как контроль над поведением учеников отразится на микроклимате в учреждениях и, самое главное, на успеваемости детей. Это важно. Думаю, что влияние будет со знаком плюс, но риски всё равно существуют: а вдруг ребёнок зациклится на оценке за поведение, что отрицательно скажется на его учёбе? В общем, пока есть вопросы.
Фактор сдерживания
Адресую их педагогам и ученикам гимназии №3, а также некоторым родителям белгородских школьников. Так ли необходимы оценки за поведение, почему они станут эффективным средством воздействия на дисциплину в большом коллективе или, наоборот, превратятся в бесполезную нагрузку для учителей? Советник директора по воспитанию Арина Пономарёва уверена: оценки нужны.
— У меня больше вопросов вызывает то, что их когда?то убрали из системы образования. Зачем? — удивляется Арина Владимировна. — Если ребёнок знает, что его поведение оценивают, он будет стараться контролировать свои слова и поступки. Этот фактор сдерживает, дисциплинирует, помогает ученику пройти определённый путь и стать лучше, побуждает работать над собой. Это, прежде всего, самоконтроль и самодисциплина, которым мы должны учить наших детей со школьной скамьи — с помощью родителей, конечно.
Десятиклассница Ксения Феклистова тоже считает нововведение полезным инструментом, только сомневается в том, что он повлияет на явных хулиганов: если они проявляют свою личность через негатив, отрицательная оценка станет для них привлекательной, убеждена девушка.
— В таких случаях лучше найти индивидуальный подход к подростку, чем загонять его в общие рамки и оценивать наравне с остальными, — объясняет Ксения. — Важно стимулировать ребёнка чем?то, что подходит именно ему.
«Я бы ввёл оценки за сплочённость»
Без пяти минут выпускник Кирилл Курочкин назвал спорным решение ввести оценки за поведение. Они будут эффективными в школах, где с дисциплиной и без того полный порядок — в гимназии №3, например, а в тех образовательных учреждениях, где эти нормы регулярно нарушаются, оценки никак не изменят ситуацию.
— Порядочных и воспитанных ребят контроль над их поведением ещё больше замотивирует, а хулиганы как вели себя плохо, так и продолжат, — утверждает Кирилл. — Для них «неуд» станет, наоборот, показателем: «У меня двойка за поведение — я крутой!». Я бы давал баллы за сплочённость и активность классов, которые затем можно преобразовать в какие?то материальные ценности, чтобы у ребят появилась мотивация.
— А в аттестате оценка за поведение выставляется? — задаёт риторический вопрос девятиклассник Дмитрий Кошик. — Если школьник, допустим, учится на отлично, но поведение хромает, не повлияет ли отрицательная оценка на поступление в вуз? Ведь школа в первую очередь оценивает знания и во вторую — все остальные факторы. Я тоже сомневаюсь в пользе новшества: разгильдяи будут игнорировать этот показатель.
Слово учителя — закон
Председатель совета родителей гимназии №3 Наталья Смолянина вспоминает своё школьное детство, когда оценки за поведение дисциплинировали детей — даже тех, кто не отличался образцовым отношением к обществу. И нынешних учеников этот инструмент тоже должен мотивировать вести себя примерно, уверена Наталья Владимировна.
— Если ребёнку поставят тройку, на это обратят внимание родители, и они поймут, что у сына или дочери есть какие?то проблемы с поведением, которые будут решать совместно с педагогом, — говорит Наталья Смолянина. — Я положительно отношусь к нововведению, большинство родителей ребят из класса, где учится моя дочь-семиклассница, — тоже: недавно в чате провела анонимный опрос, и 70 процентов родителей проголосовало за то, чтобы оценки за поведение ввели.
На хулиганов система оценок непременно повлияет, убеждена Наталья Владимировна — возможно, не сразу. Слишком много поблажек в последние годы дали и родителям, и детям, сетует она. Учитель, к сожалению, стал практически бесправным: не может ни прикрикнуть на нерадивого школьника, ни приструнить за проступок, потому что ребёнок, по словам моей собеседницы, сразу бежит с жалобой не к классному руководителю, а в управление образования.
— Это неправильно! — заявляет Наталья Смолянина. — В наше время такого не было, хотя к нам педагоги тогда относились намного строже, чем сейчас. Учитель всегда в приоритете, слово учителя — закон, и ученики должны это понимать.
Директорский подход
Многие преподаватели гимназии, с кем пообщался в тот день, воспринимают новый старый опыт положительно, как и директор учреждения Светлана Никонова. Главное, чтобы тестируемая сейчас система стала не карательной мерой для детей, а стимулом.
— Для меня школа — маленькое общество, куда приходят дети разных возрастов, национальностей, семейных устоев, и наша задача — учить всех взаимоуважению, прививать добрые качества, — рассказывает Светлана Николаевна. — В гимназии уже несколько лет никто не состоит на учёте. Мы должны выстраивать систему образования таким образом, чтобы у ребёнка не было возможности вести себя плохо.
И к хулиганам у руководителя гимназии имеется свой подход. У любого проступка есть причина, поэтому важно разобраться в ней, а потом предложить ребёнку занятие, которое увлечёт его с головой — участие в школьном театре, например, или работу фотографом в школьном медиацентре. И подростки меняются, утверждает директор: такие примеры были.
Цыплят по осени считают. В гимназию №3 приеду в конце второй четверти следующего учебного года и пообщаюсь с теми же героями ещё раз: к тому времени оценки за поведение уже будут активно раздаваться. Лишь бы их не отменили в очередной раз как неудачный «эксперимент».
Владимир Писахов
