Спецподразделения "Орлан" и "Барс", отряды самообороны в условиях тяжелой оперативной обстановки выполняют сложные боевые задачи по защите "ближнего неба", отражая в ежедневном режиме дроновые атаки врага.
Белгородское приграничье четвертый год подряд находится в прифронтовой полосе, а с началом текущего года оказалось на линии огня в результате регулярных дроновых ударов практически по всем муниципальным районам вдоль границы с Харьковской и Сумской областями, включая областной центр Белгородской области.
Отряды самообороны создавались с осени 2022 года. А два года спустя на Белгородчине были созданы уникальные своего рода специальные добровольческие подразделения "Орлан" и "Барс". Они входят в структуру Минобороны и Росгвардии. Основной костяк добровольцев состоит из жителей Белгородской области, большинство уже приобрели некоторый опыт, выполняя задачи в отрядах самообороны.
Служба — опасная: за это время 98 бойцов получили ранения, семеро погибли. Накануне при выполнении задачи погиб 33-летний боец Артур Сыромолот, на счету которого более 350 уничтоженных дронов. Задачи решают сложные и различные. Главная - защита мирных жителей региона, своих родных и близких. Среди них:
— охрана и оборона военных, важных государственных и специальных объектов, обеспечивающих жизнедеятельность населения, функционирование транспорта, коммуникаций и связи, объектов энергетики, а также объектов, представляющих повышенную опасность для жизни и здоровья людей и для окружающей природы;
- выявление и уничтожение беспилотных летательных аппаратов;
— борьба с диверсионно-разведывательными группами противника;
— обеспечение эвакуации гражданского населения.
— оказание содействия соединениям и воинским частям минобороны, росгвардии и других силовых структур в решении задач в Белгородской области.
"Наше подразделение взаимодействует с другими силовыми структурами и ведомствами, а также с Министерством обороны РФ. И работаем мы в тесной связке", – рассказывает командир батальона с позывным Дизель. "Пулемёт у нас ПКП "Печенег" – очень хорошая машинка. Свыше километра можно дистанцию брать. На счету этого "Печенега" уже более десятка беспилотников самолётного типа, – объясняет комбат. – Высота у FPV-дронов ниже намного, потому их сбиваем стрелковым оружием".
Когда начинаешь спрашивать, сколько у кого из бойцов сбитых дронов, поражаюсь: на счету каждого десятки, если не сотни сбитых вражеских камикадзе. И все эти сотни БПЛА – сохранённые жизни мирных граждан. При этом ребята из "Орлана", которые уже не первый год в строю, рассказывают, что учиться приходится постоянно, на ходу. Только в этом залог победы. Война очень сильно поменялась по сравнению с 2022 годом, считают они. Сейчас это ударные БПЛА, а тогда были сбросы и "мавик" в качестве разведки. Сейчас воюют с технологиями. А это требует дополнительной подготовки и совершенствование своих навыков и знаний.
Командир роты одного из батальонов самообороны с позывным Дед рассказал, что с первой половины февраля, весь март и апрель участились атаки FPV-дронов на гражданские автобусы, которые перевозят жителей к месту работы и проживания. "Перевозку гражданских мы начали осуществлять на бронеавтомобилях. Дооборудовали специальными пассажирскими местами. Машина оборудована всеми средствами радиоэлектронной борьбы и радиоэлектронной разведки", - сказал он, добавив, что за период активной работы отряда самообороны было подавлено около 100 беспилотников.
Во главе колонны идет машина сопровождения - она ведет радиоэлектронную разведку и отражает атаки в случае необходимости. За обнаружение беспилотников отвечает система "Булат", рассказал боец подразделения "Барс-Белгород" с позывным Гал. Сопровождающие вооружены и применяют оружие в случае атаки дронов. Жители приграничных сел благодарят за такую поддержку, отметив, что чувствуют заботу и безопасность. Но дроновые атаки противника, к сожалению, только усиливаются.
В "Орлане" меня встречает Александр, позывной "Дизель". На службу пришел в сентябре 2024 года из рядов самообороны, где занимался прикрытием мирного населения, работал водителем, вывозил гражданских с потенциально опасных обстреливаемых ВСУ территорий.
- Мы щит, - говорит доброволец. - Не пуля, не танк. Мы те, кто, условно говоря, стоит между вэсэушным дроном и детской коляской. Здесь мой дом, моя семья. Я хочу быть полезным для нашей Родины, делать что-то по-настоящему важное и нужное. Это подразделение состоит из крепких, надежных людей. Многие, как и он, прошли через самооборону, кто-то имеет боевой опыт. "Орлан" создан для решения ключевых задач по защите тыла. Это и подавление FPV-дронов с помощью специальной техники радиоэлектронной борьбы и стрелковым оружием. Прикрытие мирного населения. Эвакуация гражданских из опасных зон. Обеспечение безопасности работы экстренных служб – "скорой помощи", уборочной техники на полях.
- Наша работа – это постоянный мониторинг, - делится доброволец. - Мы непрерывно следим за воздушной обстановкой через системы наблюдения, отслеживаем появление и траекторию FPV-дронов. Ключевое правило: постоянно отслеживаем, куда вражеские беспилотники летят. Если дрон движется не в нашу сторону, используем момент для быстрой эвакуации людей в безопасное место или на точку сбора. Если угроза приближается – ищем укрытие.
Все добровольцы "Орлана", придя в батальон, проходят серьезное обучение. Изучают тактику прикрытия. Работу со специальным оборудованием, теми же средствами радиоэлектронной борьбы - РЭБ. Один из важнейших аспектов - оказание первой помощи при ранениях, как себе, так и гражданским, которых защищают. Учатся основам разминирования. Обучение проводят опытные инструктора, из числа тех, кто прошел СВО. Теория сразу подкрепляется практикой. На вооружении "Орлана" спецтехника, оснащенная системами РЭБ. При обнаружении дрона бойцы включают станции подавления и пытаются его посадить или, как минимум, отследить его путь. Если РЭБ не помогает, в ход идет стрелковое оружие, специально обученные бойцы пытаются сбить дрон.
- Противник постоянно модернизирует свои дроны, - продолжает командир подразделения. - Сегодня он летит на одной радиочастоте, завтра уже на другой. У них не одна волна, у нас, на наших станциях радиоэлектронного подавления, тоже не одна. Бывает, что на нашем комплексе именно этой частоты нет. Но мы не теряем дрон из виду: отслеживаем его курс и передаем данные по рации другим группам. Где-нибудь, на каком-нибудь радиотехническом комплексе обязательно найдется у аппаратуры нужный диапазон волн, чтобы его посадить. Работаем всегда сообща. В свою очередь, мы тоже не стоим на месте. Постоянно модернизируем наши комплексы, адаптируемся. Это бег наперегонки: они улучшают дроны – мы улучшаем средства борьбы с ними...
Александр проходил срочную службу в ВДВ. В гражданской жизни работал в европейской фирме по ремонту дизельных автомобилей. После начала СВО помогал армии как волонтер, потом пошел служить в ополчение, дослужился до командира батальона "Орлан". По собственному признанию, ради защиты Родины отказался от спокойной и обеспеченной жизни и вместо крутой машины катается на бронированном уазике с пулеметом.
Регина с позывным Директор до войны спасала жизни. Трудилась анестезиологом в реанимации. Такой необычный позывной получила еще в гражданской жизни за свой характер потому, что там, где она есть, обычно слышно и видно только ее. После начала СВО пришла в ополчение санинструктором. Теперь занимает в "Орлане" одну из руководящих должностей. Более того, именно её голос слышат белгородцы при предупреждении об опасности БПЛА.
Мы разговаривали накануне нанесения массированных дроновых ударов по Белгороду. Сейчас непосредственно "Дартсы" летят. Это беспилотники самолетного типа, не слишком большие. Дальность до 80 километров. Грузоподъемность в боевом эквиваленте до 4 кг. Над головой, когда взрывается — не так, как "Лютый", конечно, но тоже интересно. А в целом подразделение несет службу в штатном режиме. Александр признался, что его машину, дрон пытался атаковать больше 40 раз. А потом просто перестал считать. Он отметил, что передвигаемся на военной технике в приграничье. А у них(противник) сейчас в принципе свободная охота. Им неважно, военная машина или гражданская. Они бьют любую, которую увидят.
Под вой сирен и оповещений об опасности применения БПЛА противника, люди все равно спешат на работу, пытаясь сохранить привычный ритм. Дети, проявляя удивительную, пугающую своей обыденностью приспособляемость, играют на площадках, пусть и в тени этой невидимой, но ощутимой опасности. Этот контраст – будничность на фоне войны – особенно пронзителен. Дымка апрельского утра над Белгородом рассекается воем сирены. "Воздушная тревога!" — голос робота звучит ледяной поволокой. На пустынных улицах лишь спецтехника с ревущими двигателями да бойцы в камуфляже, прижавшиеся к стенам. Здесь, в 40 километрах от украинской границы, каждый день начинается с вопроса: все ли доживут до заката? А в душе всегда надеяться на то, что расчеты ПВО и мобильные огневые группы "Орлана" сделают все возможное для уничтожения и подавления воздушных целей противника.
О том, может использоваться ПВО в прифронтовой полосе - в статье "Спасение ударяемых: на Украине и в России заговорили о частной ПВО"
